Стихи

Дуй, дуй, Дувун! Стон тьмы по трубам, Стон, плач, о чем? по ком? Здесь,

Приникни головкой твоей Ко мне на холодную грудь И дай по плечам отдохнуть Извилистым

Эта песнь душе знакома, Слушал я ее в веках. Эта песнь — как говор

Expositio[2] Знакомый стих любимого поэта! Он прозвучал, и вот душа — ясней, Живым лучом

Белый день, прозрачно белый, Золотой, как кружева… Сосен пламенное тело, Зноем пьяная трава. Пробегающие

Зодчество церквей старинных, Современный прихотливый свод, Много зданий — высоких, длинных, Улицы неуверенный поворот.

Avec un peu de soleil et du sable blond J’ai fait de l’or. Fr.

Золотой олень на эбеновой подставке, китайская статуэтка XIV в, до р. Х из собрания

Призыв протяжный и двухнотный Автомобильного гудка… И снова манит безотчетно К далеким странствиям —

Планеты и Солнце: Союз и Республики строем. Вождь правит ряды, он их двоит и

Свет из небесных скважин С лазури льется, нежен, На степь и кровли хижин; Миг

И в наших городах, в этой каменной бойне, Где взмахи рубля острей томагавка, Где

La mer sur qui prie La vierge Marie. P. Verlaine[1] И нам показалось: мы

Звезда затеплилась стыдливо, Столпились тени у холма; Стихает море; вдоль залива Редеет пенная кайма.

В дни юности, на светлом небе, Признал я вещую звезду, И принял выпавший мне

Звездное небо бесстрастное, Мир в голубой тишине; Тайна во взоре неясная, Тайна, невнятная мне.

Звезды тихонько шептались, Звезды смотрели на нас. Милая, верь мне, — в тот час

Звезды закрыли ресницы, Ночь завернулась в туман; Тянутся грез вереницы, В сердце любовь и

Звон отдаленный, пасхальный, Слышу сквозь завесу дней. Тихо бреду я, печальный, В мире вечерних

Зыблются полосы света В черной, холодной воде. Страстным вопросам ответа Нет в этом мире