В моей душе живет великое
В моей душе живет великое, В ней ожиданья строгий свет. В отчаяньи надежду кликая,
Вновь отогретая земля
Вновь отогретая земля, Полна волшебного бродила, Несметных травок острия Вверх протолкнула, породила. Впивают корни
Я сердце тяжкое подъемлю к небесам
Я сердце тяжкое подъемлю к небесам Торжественно, как встарь Электра пепел урны Вздымала. Устремив
В первый раз я взглянул на тебя
В первый раз я взглянул на тебя, Я взглянул на тебя с изумленною радостью,
Всё течет, как вода между пальцев
Всё течет, как вода между пальцев. Как песчинки года жизни пленной. Где ж пристанище
Я твоя
«Я твоя» — ты сказала мне. Дай мне подумать: Как смешно, и странно, и
В Риме
Как Одиссей к Пенелопе, Своей супруге любимой, Так я возвратился к Европе, Изгнания ветром
Всем уставшим легче было прежде
Всем уставшим легче было прежде; Чтоб приют до радостной зари Дать вконец измученной надежде,
Я вижу образ твой сквозь слезы ночью
Я вижу образ твой сквозь слезы ночью, А днем ты улыбался. Почему Я так
В Швейцарии
Ты мне сказала: «Видишь, вот Поток. Весь мир — мистерия. Иль ниспаденье этих вод
Выше пышных курений
Выше пышных курений, курений заката, В высоте еле зримой, неисследимой Еле зримые, нежные дымы!
Я возьму твои руки
Я возьму твои руки И загляну в глаза твои, И скажу тебе: Я люблю
В Сибири
Лепарский Станислав Романыч Лепарский, Поседевший на службе царской, Конно-егерский, не гусарский, Генерал кавалерист. По-солдатски,
Я чувствую утром еще полусонный
…Я чувствую утром еще полусонный В глазах влагу теплую слез: Я плакал сегодня во
Ямбы
…Он вырос в той семье, где злобный произвол, Борясь с растущей силой вражьей, Одну
В темной жажде божества
В темной жажде божества, О, рыбарь, мы ждем ловитвы; Но забыли мы слова Для
Я давно уже не был так счастлив
Я давно уже не был так счастлив, так светел, Я так горд уже не
За стеною я слышу чтенье
За стеною я слышу чтенье, С остановками, по складам… Видно, много нужно терпенья, Чтоб
В утро туманное и раннее
В утро туманное и раннее, На сером и сыром вокзале, В тягучей скуке расставания
Я ехал к тебе на пароходе
Я ехал к тебе на пароходе, И радуга, цветная радуга, Обняла все небо От
За золото и пурпур твоего
За золото и пурпур твоего Нетронутого сердца, благородный Мой друг, за дар твой царственно-свободный,
Вам суждено из своего стакана
Максимилиану Александровичу Волошину Вам суждено из своего стакана, Из кубка пить большого своего. На
Я хочу любоваться тобою без слов
Я хочу любоваться тобою без слов, Я хочу любить тебя в молчании. В душе
Заря чуть занялась
Заря чуть занялась, вслед за твоею клятвою Меня любить, я взор направила к луне:
Ван-Гог
Н. С. Гончаровой О, бедный безумец Ван-Гог, Ван-Гог! Как гонг печальный звучит твое имя…
Я люблю тебя, слышишь
Я люблю тебя, слышишь Эти простые слова. Почему же ты побледнела И не дышишь?
Жадно пей, полней и слаще
Жадно пей, полней и слаще Краткий миг земной, Этой жизни преходящей Быстрый ток хмельной.
Вдали закат мерцает
Вдали закат мерцает, В алость окрасив даль, Сердце миг созерцает Всемирную печаль. Как сердцу
Я не знаю, играет ли сладостный хмель
Я не знаю, играет ли сладостный хмель, Золотой жужжит ли в нем шмель, Но
Желай не желай
Желай не желай — не оставишь навеки Ты следа на этой забвенной земле. Легко
Вдохновенье
Сладостью пряной полно, Сердце задержанно бьется, — Словно темно-густое вино В грудь мне безудержно
Я ненависть долго и страстно копила
Но высший суд ему послал Тебя и деву — эвмениду. Пушкин Я ненависть долго
Жила я долго в мире сновидений
Жила я долго в мире сновидений, Вдали от плотью скованных людей, Питая дух нетленностью
Вечерами весенними долго она
Вечерами весенними долго она У раскрытого настежь сидела окна, За холодные прутья решетки с
Я никому еще своих волос
Я никому еще своих волос Не подарила пряди. Видишь? эта — Тебе, мой друг.
Журфиксы в ссылке
Из поэмы «Декабристы» «Нонушка, Муравьева, Мурашка! Скоро ль будут готовы Чайные чашки? А ты,
Вечерние улицы жутки
Вечерние улицы жутки, Как воды ночной реки, И ходят по ним проститутки, Как образы
Я о тебе всё думаю
Я о тебе всё думаю, и мысли Вокруг тебя, как дикий виноград Вдоль дерева.
Знойный день догорал, догорал
Знойный день догорал, догорал… В небе веяли алые краски, В небе реяли странные маски,
Вечерняя фантазия
Под мирной сенью хижины пахарю Очаг отраден, малым доволен он. В долине путник слышит
Я обещала, что тебе отвечу
Я обещала, что тебе отвечу, Как на призыв любимых голосов, И тотчас устремлюсь тебе
Золотую кудель еще ткут веретенца
Золотую кудель еще ткут веретенца, Золотые струны натяну на лиру, Еще не порвалась нить
Великосветской музы слыша зов
Великосветской музы слыша зов, Ты блещешь в замках между пар, под звуки Певца, средь
Я покоряюсь: горький случай прав
Я покоряюсь: горький случай прав. Но странно душу мучит и тревожит. Что вот умру
Звенит, звенит моя душа
Звенит, звенит моя душа, Как ломкий лед весной, Когда, туманной мглой дыша, Мы слышим,
В младые годы я так был утру рад
В младые годы я так был утру рад, И плакал горько вечером! Ныне же
Верю в светлого ангела
Верю в светлого ангела, — Боже силы моей, — Верю в грозного ангела В
Я сердце, как тяжелый груз, несла
Я сердце, как тяжелый груз, несла. Со скорбью скорбь сплеталась в ожерелье. Так у
У деревьев весною кору надрежь
У деревьев весною кору надрежь, У клена, у белой березы, — Сладкий ток потечет,
У Тютчева учась слагать свой стих
У Тютчева учась слагать свой стих И Баратынскому внимая чутким слухом, Я знал, что
У Венеры Милосской
Плюш диванов, говор иностранный, Холод стен и мутный день в окно. Греческой богине осиянной,