К огню вселенскому
Шли дни и годы неизменно В огне желаний и скорбен, И занавес взлетел —
Большевики (отрывки из поэмы)
1. Отъезд Да совершится! По ложбинам в ржавой Сырой траве еще не сгнили трупы
Исследователь
почти наверняка тунгусский метеорит содержит около 20 000 000 тонн железа и около 20
Бастилия
Бастилия! Ты рушишься камнями, Ты падаешь перед народом ниц… Кружится дым! Густое свищет пламя,
Иная жизнь
Огромною полночью небо полно, И старое не говорит вдохновенье, Я настежь распахиваю окно В
Баллада о Виттингтоне
Он мертвым пал. Моей рукой Водила дикая отвага. Ты не заштопаешь иглой Прореху, сделанную
Гимн Маяковскому
Озверевший зубр в блестящем цилиндре я Ты медленно поводишь остеклевшими глазами На трубы, ловящие,
Баллада о нежной даме
Зачем читаешь ты страницы Унылых, плачущих газет? Там утки и иные птицы В тебя
Фронт
По кустам, по каменистым глыбам Нет пути — и сумерки черней… Дикие костры взлетают
АМССР
Из-за Днестра, из-за воды гулливой, Знакомый чад, чабаний разговор; Цветут сады и яблоней и
Февраль (Темною волей судьбины)
Темною волей судьбины (Взгляд ее мрачен и слеп) Остановились машины, Высохшим сделался хлеб… Дымные
Алдан
Сияющий иней покрыл тайгу, И в пламени спит тайга… Собаки бегут под таежный гул
Февраль (Гудела земля от мороза и вьюг)
Гудела земля от мороза и вьюг, Корявые сосны скрипели, По мерзлым окопам с востока
51
На Колчака! И по тайге бессонной, На ощупь, спотыкаясь и кляня, Бредем туда, где
Ещё не умолк пересвист гранат
Ещё не умолк пересвист гранат — Не стаял в лугах туман, Убитый еще не
Креолка
Когда наскучат ей лукавые новеллы И надоест лежать в плетеных гамаках, Она приходит в
Стихи о соловье и поэте
Весеннее солнце дробится в глазах, В канавы ныряет и зайчиком пляшет. На Трубную выйдешь
Кремлевская стена, не ты ль взошла
Кремлевская стена, не ты ль взошла Зубчатою вершиною в туманы, Где солнце, купола, колокола,
Стихи о поэте и романтике
Я пел об арбузах и о голубях, О битвах, убийствах, о дальних путях, Я
Красная Армия
Окончен путь тревожный и упорный, Штыки сияют, и полощет флаг, Гудит земля своей утробой
Движением несмелым
Движением несмелым Ночь кутает комнату пряжей, В окне потускнелом Мелькают огни экипажей… И вот
Контрабандисты
По рыбам, по звездам Проносит шаланду: Три грека в Одессу Везут контрабанду. На правом
Дума про Опанаса
I …По откосам виноградник Хлопочет листвою, Где бежит Панько из Балты Дорогою степною. Опанасе,
Конец Летучего Голландца
Надтреснутых гитар так дребезжащи звуки, Охрипшая труба закашляла в туман, И бьют костлявые безжалостные
Дионис
Там, где выступ холодный и серый Водопадом свергается вниз, Я кричу у безмолвной пещеры:
Кончается. Окончен. Отгудел
Кончается. Окончен. Отгудел Тяжелый год. По взморьям, лукоморьям, По городам, лесам и плоскогорьям Последний
Дерибасовская ночью
На грязном небе выбиты лучами Зеленые буквы: «Шоколад и какао», И автомобили, как коты
Коммунары
О барабанщики предместий, Стучите детскою рукой По коже гулкой. Голос мести Вы носите перед
Cyprinus Carpio
Романс карпу Закованный в бронзу с боков, Он плыл в темноте колен, Мигая в
Кинбурнская коса
Сквозь сумерки — Судороги перепелов. От сумерек Степь неприкаянней, А к берегу движется переполох,
Чёртовы куклы
От крутоседлой конницы татарской Упрямый дух кумыса и конины Смолой потек по городам и
Смерть пионерки
Смерть пионерки Грозою освеженный, Подрагивает лист. Ах, пеночки зеленой Двухоборотный свист! Валя, Валентина, Что
Потёмкин
Над дикой и песчаной шириною, Из влажных недр сырой и горькой мглы Приходит ветер
О кофе сладостный и ты, миндаль сухой
О кофе сладостный и ты, миндаль сухой! На белых столиках расставленные чашки… Клетчатая доска
Слово — в бой
На смерть Т. Малиновского Плавится мозолистой рукою Трудовая, крепкая страна. Каждый шаг еще берется
Песня о рубашке
(Томас Гуд) От песен, от скользкого пота — В глазах растекается мгла. Работай, работай,
О Кобольде
Фарфоровые коровы недаром мычали, Шерстяной попугай недаром о клетку бился, — В темном уголке,
Скумбрия
Улов окончен. Баламутом сбита В серебряную груду скумбрия. Шаланда легкой осыпью покрыта, И на
Песня о Джо
Шумные плещут валы В берег песчаный и звонкий. Ветер проносится злой, Дикие чайки кричат…
Новые витязи
Нездешняя тишь проплыла на закат, Над скалами, над ледоколом. Гористые льды неоглядно лежат Пустынным
Саксонские ткачи
На воле — в лазури нежной Прохладный день онемел… Судьба — Чтоб станок прилежный
Песня о Черном Джеке
Вспомним о Черном Джеке, О корабельном коке, О его ложке длинной, О белом колпаке.
Нарушение гармонии
Ультрамариновое небо, От бурь вспотевшая земля, И развернулись желчью хлеба Шахматною доской поля. Кто,
С военных полей не уплыл туман
С военных полей не уплыл туман, Не смолк пересвист гранат… Поверженный помнит еще Седан
Папиросный коробок
Раскуренный дочиста коробок, Окурки под лампою шаткой… Он гость — я хозяин. Плывет в
Можайское шоссе
В тучу, в гулкие потемки Губы выкатил рожок, С губ свисает на тесемке Звука
Рыбаки (Восточные ветры, дожди и шквал)
Восточные ветры, дожди и шквал И громкий поход валов Несутся на звонкое стадо скал,
Памятник Гарибальди
Были битвы — и люди пели… По дорогам, летящим вдаль, Оси пушечные скрипели, Ржали
Можайское шоссе (По этому шоссе)
По этому шоссе на восток он шел, Качались шапок медведи; Над шапками рвался знаменный
Рыбаки (Если нам в лица ветер подул)
Если нам в лица ветер подул, Запах соленый неся в безлюдье, Значит — родной
От черного хлеба и верной жены
От черного хлеба и верной жены Мы бледною немочью заражены… Копытом и камнем испытаны