Стихи

И Дух и Невеста говорят: прииди. Апокалипсис Верю в Солнце Завета, Вижу зори вдали.

(Из Верхарна) В зимний вечер, когда запирались С пронзительным визгом ставни, И зажигались В

Вербы — это весенняя таль, И чего-то нам светлого жаль, Значит — теплится где-то

Мальчики да девочки Свечечки да вербочки Понесли домой. Огонечки теплятся, Прохожие крестятся, И пахнет

Вечерние люди уходят в дома. Над городом синяя ночь зажжена. Боярышни тихо идут в

1 С ней уходил я в море, С ней покидал я берег, С нею

Вечность бросила в город Оловянный закат. Край небесный распорот, Переулки гудят. Всё бессилье гаданья

Вечерний свет заутра снова В сияньи дня прольется мне. Его пророческое слово Находит отзвук

Вечереющий сумрак, поверь, Мне напомнил неясный ответ. Жду — внезапно отворится дверь, Набежит исчезающий

Вечереющий день, догорая, Отступает в ночные края. Посещает меня, возрастая, Неотступная Тайна моя. Неужели

Вечер мой в красном огне. День мой свершает круги. О, не вздыхай обо мне,

Вдали мигнул огонь вечерний — Там расступились облака, И вновь, как прежде, между терний

Вчера я слышал песни с моря И плески волн о южный брег, Душа, в

Ваш взгляд — его мне подстеречь… Но уклоняете вы взгляды… Да! Взглядом — вы

(На мотив из Вагнера) Хижина Гундинга Зигмунд (за дверями) Одинокий, одичалый, Зверь с косматой

И вновь, и вновь твой дух таинственный В глухой ночи, в ночи пустой Велит

В жаркой пляске вакханалий Позабудь свою любовь, Пусть, не ведая печалей, В смутном сердце

В высь изверженные дымы Застилали свет зари. Был театр окутан мглою. Ждали новой пантомимы,

Но в камине дозвенели Угольки. За окошком догорели Огоньки. И на вьюжном море тонут

В туманах, над сверканьем рос, Безжалостный, святой и мудрый, Я в старом парке дедов

В темной комнате ты обесчещена, Светлой улице ты предана, Ты идешь, красивая женщина, Ты

В те ночи светлые, пустые, Когда в Неву глядят мосты, Они встречались как чужие,

В те дни, когда душа трепещет Избытком жизненных тревог, В каких-то дальних сферах блещет

В те целомудренные годы Я понял тайный жизни смысл, Поклонник твой, дитя свободы, Как

В сыром ночном тумане Всё лес, да лес, да лес… В глухом сыром бурьяне

В своих мы прихотях невольны, Невольны мы в своей крови. Дитя, нам горестно и

В сумерки девушку стройную В рощу уводит луна. Смотрит на рощу спокойную, Бродит, тоскует

И я затянут Лентой млечной! Тобой обманут, О, Вечность! Подо мной растянут В дали

В синем небе, в темной глуби Над собором — тишина. Мы одну и ту

В серебре росы трава. Холодна ты, не жива. Слышишь нежные слова? Я склонился. Улыбнись.

Revertitur in terram suam unde erat, Et spiritus redit ad Deum, qui dedit illum.

Ветр налетит, завоет снег, И в памяти на миг возникнет Тот край, тот отдалённый

В пути — глубокий мрак, и страшны высоты?. Миндаль уже цветет, кузнечик тяжелеет, И

В посланьях к земным владыкам Говорил я о Вечной Надежде. Они не поверили крикам,

В полночь глухую рожденная Спутником бледным земли, В ткани земли облеченная, Ты серебрилась вдали.

В передзакатные часы Среди деревьев вековых Люблю неверные красы Твоих очей и слов твоих.

Открыл окно. Какая хмурая Столица в октябре! Забитая лошадка бурая Гуляет на дворе. Снежинка

В огне и холоде тревог — Так жизнь пройдет. Запомним оба, Что встретиться судил

В ночи, когда уснет тревога, И город скроется во мгле — О, сколько музыки

В ночи, исполненной грозою, В средине тучи громовой, Исполнен мрачной красотою, Витает образ грозовой.

В ночь молчаливую чудесен Мне предстоит твой светлый лик. Очарованья старых песен Объемлют душу

В неуверенном, зыбком полете Ты над бездной взвился и повис. Что-то древнее есть в

В небе — день, всех ночей суеверней, Сам не знает, он — ночь или

В море одна лишь волна — быстротечная. В небе одна лишь звезда — бесконечная.

В моей душе больной и молчаливой Сложилась песня чудная одна, Она не блещет музыкой

В минутном взрыве откровений, В часы Твоей, моей весны, Узнал я Твой блестящий гений

В лапах косматых и страшных Колдун укачал весну. Вспомнили дети о снах вчерашних, Отошли

В кабаках, в переулках, в извивах, В электрическом сне наяву Я искал бесконечно красивых

В густой траве пропадешь с головой. В тихий дом войдешь, не стучась… Обнимет рукой,

В городе колокол бился, Поздние славя мечты Я отошел и молился Там, где провиделась

В голубой далекой спаленке Твой ребенок опочил. Тихо вылез карлик маленький И часы остановил.