Даниил Андреев

Не летописью о любви, Не исповедью назови Ты эту повесть: Знаменовалась жизнь моя Добром

Ночь снизошла, всю ложь опровергая. Забылся день, подобный чертежу… К твоим вратам. Обитель всеблагая,

Островерхим очерком вдали — Кремль синий, А внизу — клокочущая хлябь, Поток: Пятна перемешивая,

Не мнишь ли ты, что эгоизм и страх Пустынников в трущобу уводили? Кто б

…На берег вышла. Солнце тканью Из света – стан ей облекло; Над грудью влажно

Не о комбайнах, не о гидростанциях, Не об оковах буйных стихий, Но об игре

От школьных лет мы помнить можем, Как возносил свой конус хмурый Над гордым, грузным

На день восьмой открылся путь чугунный, Лазурных рельсов блещущий накал: Они стремились на восток,

Не помним ни страстей, ни горя, ни обид мы, Воздушный светлый вал принять в

Как не любить мне колыбели Всех песен, скорби, торжества, Огни твои, мосты, панели, Тысячешумная

Лёгким бризом колышимые, Волны мирного моря С тихим плеском, чуть слышимые, Не достигнут нагорья.

И воздух, поющий ветрами, И тихо щебечущий колос, И воды, и свищущий пламень Имеют

Как участь эта легка: Уйти от родного порога… Дорога! Птица-дорога! Волнующиеся облака! Как мед,

Лес не прошумит уже ни жалоб, ни хвалы: Штабелями сложены безрукие стволы. Устланный бесшумными

Ждало бесплодно человечество, Что с древних кафедр и амвонов Из уст помазанного жречества Прольется

Какое благовоние От этих скал нагретых, От древних парапетов И крепостной стены! Ты хочешь

Леший старый ли, серый волк ли — Все хоронятся в дебрь и глушь: Их

Индия! Таинственное имя, Древнее, как путь мой по вселенной! Радуга тоскующего сердца, Образы, упорные,

1 Когда ковчегом старинной веры Сиял над столицею Храм Христа, Весна у стен его,

Лёвушка! Спрячь боевые медали, К черту дела многоважные брось: Только сегодня апрельские дали По

Преисполнено света и звона, Устремилось в простор бытия, Отделяясь от Отчего лона, Мое Богом

Громыхают в метро Толп Воды. Единицу — людской Мчит Вал. Заливаются вниз Все Входы,

Перекрываемый тенями влажными, Затон укромный Успел мелькнуть… К водице милой! Бегом по пляжику —

В будни, в удушливый зной, В сон, В медленный труд рыбаков, Чей-то безумный, хмельной

Прозреньем безжалостным я разъял Кромешную суть твою, И всё же мой горький, горький фиал

Вдали — как из ведра: Не облако — гора!.. И стала ниже градусом Испуганно

Исчезли стены разбегающиеся, Пропали городские зданья: Ярчеют звёзды зажигающиеся Любимого воспоминанья. Я слышу, как

Когда былых миров оранжевые зори Заронят узкий луч на небеса стиха, Я вижу –

А еще я люблю их — Прутья старых оград у церквей, Если в медленных

…И вот упало вновь на милую тетрадь От лампы голубой бесстрастное сиянье… Ты, ночь

Когда ещё помедлил раз На выжженном, сухом откосе я, Внизу прохладно-тёплый час Уже встречала

В сердце ночь. В судьбе темно, Ждать награды не с кого… …Поезда поют в

Гаснут горные пики. Долы млеют во мгле. Стихли щебет и крики, Дремлет птенчик в

Когда на нас военная зима Грядет — растить курганы новым скифам, И вырваться из

Люди любили не нашей любовью, Страстью не той: Мощной волной их клонил к изголовью*

Из года в год, в густом саду Растить жасмин и резеду, Творить сказанья, Весёлых

Когда не ради наслаждения, Не для корысти, не для славы, Гранить тяжёлые октавы Я

Когда обезьяноподобные люди На сумрачном дне незапамятных рас Вычерчивали на каменной груде Свой первый,

Из обездоленности, Сирой оставленности — Силою веры стяжав ореол, Полон намоленности, В волны прославленности,

Когда не разделишь в клокочущем шторме Пучину от материков, в ночь бед, Одна лишь

Семью домового из хат вон выжили, На них клеветали ханжа и поп… Хвостат ли

Без небесных хоров, без видений Дни и ночи тесны, как в гробу… Боже! Не

Когда несносен станет гам И шумных дней воронки жадные, Ты по уютным городкам Полюбишь

Если город — дарохранительница, Чей же дар в нём таится, чей? Почему не могу

Из шумных, шустрых, пестрых слов Мне дух щемит и жжет, как зов, Одно: бродяга.

Когда-то раньше, в расцвете сил, Десятилетий я в дар просил, Чтоб изваять мне из

Мчатся гимны, звенят метрами, Порошит вихревой снег… Взвит метелями, смят ветрами Мой короткий, мой

Свищут и салютуют заводы и вокзалы. Плещут многолюдные радиусы трасс: Кранами, машинами сдвинуты кварталы,

Когда уснёт мой шумный дом И тишь вольется в дортуары, Я дочитаю грузный том

Медленно зреют образы в сердце, Их колыбель тиха, Но неизбежен час самодержца — Властвующего

Все было торжественно-просто: Чуть с бронзы покров соскользнул, Как вширь, до вокзала и моста,