Авторские сказки

Конь не всегда служил рабом для человека. За много сотен лет до нынешнего века,

О мертвом как ни плачь, а он уже не встанет, И всякая вдова Поплачет

Издалека С кувшином молока Шла в город девушка Пьеретта. Она была одета В простое

В создании искусств есть право старшинства: На басню Греция имеет все права. Но пусть

Лихие два у нас Охотника здесь были; Случилось запродать медвежью кожу им: Медведя хоть

Каштаны жарились в печи на угольках; Мартышка на полу перед огнем сидела И пристально

Благодаря случайности и счастью Купец разбогател: с товаром корабли, Дань не платя ни ветрам,

Лягушки некогда Юпитера просили,        Чтоб дал он им царя;        А просьбу вот

Лягушка увидела Быка, Который показался ей прекрасного размера. Она, не будучи и такой большой,

Осел с овцой, с коровой и с козой Когда-то в пайщики вступили И льва

У грозной Львицы Похищен был сынок охотника рукой. Окрестности наполнил рев и вой Разгневанной

Добро, которое мы делаем другим, В добро послужит нам самим; И в нужде надобно

Лисице, молодой, но хитростей запас Всегда имевшей наготове, Коня пришлось увидеть в первый раз.

Лев умер; после пышной тризны Сошлися Звери на совет Избрать властителя отчизны, Которым Лев

Раз хитрую и ловкую Лисицу, Лесных трущоб старинную жилицу, Охотник ранил. Та, спасаясь от

Лиса и Кот вдвоем пустились в долгий путь, И с первых же шагов их

Величие у нас нередко лишь личина. И вот причина, По коей мир подчас и

Лиса, скупая от природы, Вдруг хлебосолкою затеяла прослыть. Да только как тут быть, Чтоб

Индюшки от Лисы спасались как-то раз, И дерево избрали крепостью. Лиса же Оплот их

Страдающий подагрой дряхлый Лев, От старости найти лекарство повелев, Ждал излечения, и слово «невозможно»

Поход задумал Лев. К военному совету Через старшин сзывает он зверей. И мысль одобрив

Художником был на картине Громадный Лев изображен — Одним охотником в пустыне Отважно на

Лев, чтоб страною лучше править, И в знаньях чувствуя изъян, В один прекрасный день

В день именин своих затеял царь зверей Охотой позабавиться на славу. Понятно, дичь его

У Хвастуна, любителя охоты, Пропал любимый, славный пес. Хвастун, конечно, полн заботы; Свою пропажу

Однажды Львиное Величество Его Узнать задумал, повелитель, Каких зверей монарх он и властитель? Вассалам

Когда-то Леопард-султан Разбогател неимоверно: В лесах — олень и лось, в степях — верблюд,

Однажды Мышь летучая и Утка, Увидевши, что вовсе жизнь не шутка, И придорожный Куст

Жестокую войну С Мышами Ласочки имели: Кого ни брали в плен, всех ели. Случилось

Какой-то Дровосек сломал иль потерял Свой топорище. Что за диво! Когда бы лес себя

На птичнике, среди пернатых разных, Пород весьма разнообразных — Случилось Лебедю и Гусю вместе

Летунья Ласточка и там, и сям бывала, Про многое слыхала, И многое видала, А

Однажды Ласочка забралась В амбар чрез узенькую щель. Раздолье полное! Досель Бедняжка еле чем

На птичий двор, где было много Петухов, Завзятых драчунов, Кормиться Куропаточка попала.Она не очень

Искатели миров других, Все четверо, спаслись из волн морских: Сын короля, Купец, Пастух, Вельможа

Какой-то Крысе полевой, Из тех, которые рассудком небогаты, Наскучили ее домашние пенаты. Запасы и

Французы многие страдают пошлым чванством, И то, что важностью прослыть у нас должно, Бывает

Я часто мог сказать, к какой зверей породе Принадлежат иные из людей; Среди животных

Нельзя людей по внешности судить — Совет хороший, хоть не новый; Пример Мышонка может

Козел — большой, рогатый, Преважный с виду, бородатый, Но по уму едва ль не

Случилось Кролику от дома отлучиться, Иль лучше: он пошел Авроре поклониться На тмине, вспрыснутом

Родились Кот и Воробей, — Как будто по заказу, На свет явившись сразу; И

Какой-то Кот — гроза мышей, Примерной службою своей, И кровожадностью, и силой Прослывший в

Был в старину такой дурак, Что в Кошку по уши влюбился; Не мог он

Когда-то Кошка-баловница, Печальница-Сова, грызунья-Мышь Да кумушка-Куница, Народ враждебный все, любя лесную тишь, Привыкли навещать

Всесильной волею Арея, Давно когда-то, в старину, В воздушных сферах грозно рея, Вели пернатые

Однажды Коршун, вор известный, Всех петухов и кур в селе перепугал. Но ребятишек крик

Безмерна доброта богов! И вот они Хотят, чтобы и царям была она сродни. Из

Однажды объявил Юпитер всемогущий: «Пускай все то, что дышит и живет, К подножью моему

Когда бы при моем рожденье Каллиопа Мне принесла дары избранников ее Я посвятил бы

Кто на своем веку Фортуны не искал? Что, если б силою волшебною какою Всевидящим