Игорь Северянин
Альтруизм: О, дети, дети всеблагие! — Вздох по весне… Игорь-Северянин Эгоизм: Но раз во
Сосны качались, сосны шумели, Море рыдало в бело-седом, Мы замолчали, мы онемели, Вдруг обеззвучел
Не страшно умереть, а скучно: Смерть — прекращение всего, Что было, может быть, созвучно
Валерию Брюсову У побережья моря Черного Шумит Балтийская волна, Как символ вечно-непокорного, В лиловый
Пуччини и Сарду Стонет, в страданиях мечется Тоска, Мысли расплылись, как глетчеры воска, Взоры
Над нами гнет незыблемой судьбы… Мирра Лохвицкая 1 Ирэн жила в пейзажах Крыма, На
Зинаида Гиппиус Всю жизнь жеманился дух полый, Но ткнул мятеж его ногой, — И
Рифм благородных пансион Проституировало время. Жизнь горемычно отгаремя, В непробудимый впали сон Все эти
«Страданья старого урода…» Страданья старого урода — Никчемней шутки Красоты. Согласен ли со мною
Тобою услаждаясь ежечасно, Мне никогда тобой не досладиться: Ты, как Балькис опасная, прекрасна, Как
У меня дворец двенадцатиэтажный, У меня принцесса в каждом этаже, Подглядел-подслушал как-то вихрь протяжный,
Чувство крылатое властно лишь миг, Мысль вдохновенная — век. Что головою поник? Чувство порывное
П.А. Ларионову. Мне что-то холодно… А в комнате тепло: Плита натоплена, как сердце нежной
Она сидит мечтанно над рекой, Смотря в ее синеющие глуби, Вдыхая упоительный левкой. Она
В протяжных стонах самовара Я слышал стон ее души. Что было скрыто в песне
Зачем ты говорила: «никогда», Когда тебя молил я быть моею. И, чувство обмануть в
Я женской женственности жду, Той, исключающей вражду, Той, в силу всяческих вещей, Так успокаивающей…
Ландыши воздушные, реющие ландыши Вечером зимеющим льдяно зацвели… Выйди на поляны ты, сумраком полян
Во дворце Ильдиз-Киоске, В экзотическом гареме, Жены рвут свои прически, Позабыв о томной дреме.
Твои уста — качели лунные, Качели грезы… Взамен столбов две ручки юные, Как две
Твои уста, покорные моим, Ласкательны, податливы и влажны. Я ими упоительно томим. Исполнены они
Свежей душистого горошка, И значит — свежести свежей, Немножко больше, чем немножко, Ты захотела
Ты души своей не растаскивай, Чтобы бабушек ублажить… Ты пойми, мой ребенок ласковый, Что
Целый день хохотала сирень Фиолетово-розовым хохотом. Солнце жалило высохший день. Ты не шла (Может
Ты потерял свою Россию. Противоставил ли стихию Добра стихии мрачной зла? Нет? Так умолкни:
Ты, вероятно, помнишь, да и забыть могла ли, Хотя бы и старалась навеки позабыть
Ты вошла в кабинет неожиданно, Упоительно снова обрадовав… Твое сердце давно мне разгадано, Но
Ты все молчишь, как вечер в октябре, Но плещется душа, как море — в
Ты ждешь весны, как ждет тебя весна. Вы встретитесь, две девы, две юницы, И