Федор Сологуб

Слова так странно не рифмуют, — Елена, роза, ландыш, ты. Обыкновенной красоты Слова хотят

Словами горькими надменных отрицаний Я вызвал Сатану. Он стал передо мной Не в мрачном

Словно бусы, сказки нижут, Самоцветки, ложь да ложь. Языком клевет не слижут, Нацепили, и

Словно лепится сурепица, На обрушенный забор, — Жизни сонная безлепица Отуманила мой взор. Словно

Слушай горькие укоры Милых пламенных подруг И внимательные взоры Обведи с тоской вокруг. Все

Слышу голос милой, Вижу милый лик. Не моей ли силой Милый лик возник? Разве

Снег на увядшей траве Ярко сверкающей тканью Пел похвалы мирозданью, Белый на рыжей траве.

Снежное поле бесшумно. Солнце склонилось в раздумьи. Санки несутся безумно. Сердце и воля в

Снова покачнулись томные качели. Мне легко и сладко, я люблю опять. Птичьи переклички всюду

Снова саваны надели Рощи, нивы и луга. Надоели, надоели Эти белые снега, Эта мертвая

Снова сердце жаждет воли Ненавидеть и любить, Изнывать от горькой боли, Преходящей жизнью жить,

Когда я был собакой Седого короля, Ко мне ласкался всякий, Мой верный нрав хваля.

1 Давно в степи блуждая дикой, Вдали от шумного жилья, Внезапно благовест великий, Соборный

— Солнце, которому больно! Что за нелепая ложь! Где ты на небе найдешь Солнце,

Солнце скупо и лениво, Стены тускло-холодны. Пролетают торопливо Дни весны, как сны. Гулки улицы

Солнце светлое восходит, Озаряя мглистый дол, Где еще безумство бродит, Где ликует произвол. Зыбко

Солнце в тучу село, — Завтра будет дождь, Но пойду я смело Под навесы

Соловей Средь ветвей Для подружки трели мечет, И ручей Меж камней Ворожит, журчит, лепечет.

Печальный отрок с чёрными глазами Передо мной стоял и говорил: «Взгляните, этими руками Я

В мире нет ничего Вожделеннее сна, — Чары есть у него, У него тишина,

Нисходит милая прохлада, В саду не шелохнется лист, Простор за Волгой нежно мглист Нисходит

Состязаясь, толпа торопливо бежит, И в ней каждый стремлением диким трепещет, К этой чаше,

Сплетеньем роз венчайте милых жен, Но деве терзайте чаще и больнее, Чтоб дивы были

Спокойно и просто Иду в неоглядную даль. У каждого моста Ручейно проблещет печаль. Но

Спозаранку две служанки Шли цветочки собирать И веночки завивать. На полянку две служанки Принесли

По безмолвию ночному, Побеждая страх и сон, От собратьев шел я к дому, А

Стальная решётка. Здесь — пыль и каменья, Там — сад и пруды, Качается лодка,

Ты никогда не умирала, — Всегда пленительно жива, Ты и в неволе сохраняла Твои

Степь моя! Ширь моя! Если отрок я, Раскрываю я Жёлтенький цветок, Зажигаю я Жёлтенький,

Стоит он, жаждой истомлённый, Изголодавшийся, больной, — Под виноградною лозой, В ручей по пояс

Столкновение бешеных воль, Сочетание воплей и стона… Прокажённого радует боль, Как сияние злого Дракона.

Стояли клёны в тяжком забытьи, Цветы пестрели, С травой шептались ясные ручьи, Струясь без

Странный сон мне снился: я кремнистой кручей Медленно влачился. Длился яркий зной. Мне привет

Стремит таинственная сила Миры к мирам, к сердцам сердца, И ты напрасно бы спросила,

Стремленье гордое храня, Ты должен тяжесть побороть. Не отвращайся от огня, Сжигающего плоть. Есть

Струясь вдоль нивы, мёртвая вода Звала меня к последнему забытью. Я пас тогда ослиные

Судьба безжалостная лепит Земные суетные сны, Зарю надежд, желаний лепет, Очарования весны, Цветы, и

Судьба была неумолима, Но знаю я, вина — моя. Пройдите с отвращеньем мимо, И

К утехам равнодушен, В толпе смирен и тих, Судьбе я все послушен В скитаниях

Сумерки, серые тени, Вестники ночи и сна. Вялость тоскующей лени. Скучная вкруг тишина. Зорька

Суровы очи у дивных дев, На бледных лицах тоска и гнев. В руке у

Суровый друг, ты недоволен, Что я грустна. Ты молчалив, ты вечно болен, — И

Суровый звук моих стихов — Печальный отзвук дальной речи. Не ты ль мои склоняешь

Сверкайте, миги строгих дней! Склонился я в железном иге. Да будут вместо жизни книги

Светлой предутренней грёзой, Очерком тонким и нежным, Девственно-белою розой Светится в сердце мятежном, —

Светлый дом мой всё выше. Мудрый зодчий его создаёт. На его перламутровой крыше Не

Порой гордыни дух лукавый Своим крылом души коснется, И злоба мстительной отравой В душе

Пора скликать народы На светлый пир любви! Орлов военной непогоды Зови, В торжестве святого

Свободный ветер давно прошумел И промчался надо мною, Долина моя тиха и спокойна, —

Своеволием рока Мы на разных путях бытия,— Я — печальное око, Ты — весёлая

Святой Георгий Победоносец Идолам не поклонился, Славу Господу воздал. Злой правитель разъярился, Палача с