Вероника Тушнова

Счастливо и необъяснимо происходящее со мной: не радость, нет — я не любима —

Осчастливь меня однажды, позови с собою в рай, исцели меня от жажды, подышать немного

Улыбаюсь, а сердце плачет в одинокие вечера. Я люблю тебя. Это значит — я

Тебе бы одарить меня молчанием суровым, а ты наотмашь бьешь меня непоправимым словом. Как

Запах леса и болота, полночь, ветер ледяной… Самолеты, самолеты пролетают надо мной. Пролетают рейсом

Опять утрами — лучезарный иней на грядках, на перилах, на траве. Оцепененье. Воздух дымно-синий.

У всех бывают слабости минуты, такого разочарованья час, когда душа в нас леденеет будто

Там далёко, за холмами синими, за угрюмой северной рекой, ты зачем зовёшь меня по

С тобой я самая верная, С тобой я самая лучшая, С тобой я самая

Всегда так было и всегда так будет: ты забываешь обо мне порой, твой скучный

Все в доме пасмурно и ветхо, скрипят ступени, мох в пазах… А за окном

Знаю я бессильное мученье над пустой тетрадкою в тиши, знаю мысли ясное свеченье, звучную

Всё было до меня: десятилетья того, что счастьем называем мы. Цвели деревья, вырастали дети,

Знаешь ли ты, что такое горе, когда тугою петлей на горле? Когда на сердце

Воздух пьяный — нет спасения, с ног сбивают два глотка. Облака уже весенние, кучевые

Жизнь твою читаю, перечитываю, все твои печали пересчитываю, все твои счастливые улыбки, все ошибки,

Вот уеду, исчезну, на года, навсегда, кану в снежную бездну, пропаду без следа. Час

За водой мерцает серебристо поле в редком и сухом снегу. Спит, чернея, маленькая пристань,

Вот и город. Первая застава. Первые трамваи на кругу. Очень я, наверное, устала, если

Я стучусь в твое сердце: — Отвори, отвори, разреши мне в глаза поглядеться твои,

Вот говорят: Россия… Реченьки да березки… А я твои руки вижу, узловатые руки, жесткие.

Я стою у открытой двери, я прощаюсь, я ухожу. Ни во что уже не

Я с детства любила гудки на реке, я вечно толклась у причала, я все

Я прощаюсь с тобою у последней черты. С настоящей любовью, может, встретишься ты. Пусть

Вчерашний дождь последний лист багряный сорвал с деревьев, рощи оголя. Я вышла через заросли

«Я поняла — Ты не хотел мне зла, ты даже был предельно честен где-то,

Влетел он в полымя заката и замелькал, и зачернел, и не слыхал, как в

Я помню, где-то, далеко вначале, наплававшись до дрожи поутру, на деревенском стареньком причале сушила

Навстречу сосны. Нет конца им… День ярче, выше, горячей, но хвойный кров непроницаем для

Я поднимаюсь по колючим склонам, я мну в ладонях пыльный полынок, пылает бухта синим

В чём отказала я тебе, скажи? Ты целовать просил — я целовала. Ты лгать

Я пенять на судьбу не вправе, годы милостивы ко мне… Если молодость есть вторая

В холодном, неуютном зале в пустынном аэропорту слежу тяжелыми глазами, как снег танцует на

Я одна тебя любить умею, да на это права не имею, будто на любовь

Я не помню тебя, извини! Я забыл твои губы и руки. Обрываются в памяти

Я давно спросить тебя хотела: разве ты совсем уже забыл, как любил мои глаза