Сергей Есенин

Под красным вязом крыльцо и двор, Луна над крышей как злат бугор. На синих

Есть одна хорошая песня у соловушки — Песня панихидная по моей головушке. Цвела —

Прощай, Баку! Тебя я не увижу. Теперь в душе печаль, теперь в душе испуг.

Плачет девочка-малютка у окна больших хором, А в хоромах смех веселый так и льется

Песни, песни, о чем вы кричите? Иль вам нечего больше дать? Голубого покоя нити

Облак, как мышь, подбежал и взмахнул В небо огромным хвостом. Словно яйцо, расколовшись, скользнул

По селу тропинкой кривенькой В летний вечер голубой Рекрута ходили с ливенкой Разухабистой гурьбой.

Эй вы, встречные, Поперечные! Тараканы, сверчки Запечные! Не народ, а дрохва Подбитая. Русь нечесаная,

Господи, я верую!.. Но введи в свой рай Дождевыми стрелами Мой пронзенный край. За

По-осеннему кычет сова Над раздольем дорожной рани. Облетает моя голова, Куст волос золотистый вянет.

Утром в ржаном закуте, Где златятся рогожи в ряд, Семерых ощенила сука, Рыжих семерых

Пойду в скуфье смиренным иноком Иль белобрысым босяком Туда, где льется по равнинам Березовое

По лесу леший кричит на сову, Прячутся мошки от птичек в траву. Ау! Спит

Вот она, суровая жестокость, Где весь смысл — страдания людей! Режет серп тяжелые колосья

Пой же, пой. На проклятой гитаре Пальцы пляшут твои вполукруг. Захлебнуться бы в этом

По дороге идут богомолки, Под ногами полынь да комли. Раздвигая щипульные колки, На канавах

Перо не быльница, Но в нем есть звон. Служи, чернильница, Лесной канон. О мати

Я часто думаю, за что Его казнили? За что Он жертвовал Своею головой? За

Ты играй, гармонь, под трензель, Отсыпай, плясунья, дробь! На платке краснеет вензель, Знай прищелкивай,

Колокол дремавший Разбудил поля, Улыбнулась солнцу Сонная земля. Понеслись удары К синим небесам, Звонко

Сторона ль ты моя, сторона! Дождевое, осеннее олово. В черной луже продрогший фонарь Отражает

Слезы… опять эти горькие слезы, Безотрадная грусть и печаль; Снова мрак… и разбитые грезы

Ты не любишь меня, милый голубь, Не со мной ты воркуешь, с другою. Ах,

Сторона ль моя, сторонка, Горевая полоса. Только лес, да посолонка, Да заречная коса… Чахнет

Скупились звезды в невидимом бредне, Жутко и страшно проснувшейся бредне. Пьяно кружуся я в

Мы многое еще не сознаем, Питомцы ленинской победы, И песни новые По-старому поем, Как

Под окном балякают старухи. Вязлый хрип их крошит тишину. С чурбака, как скатный бисер,

Пастушонку Пете Трудно жить на свете: Тонкой хворостиной Управлять скотиной. Если бы корова Понимала

Тот ураган прошел. Нас мало уцелело. На перекличке дружбы многих нет. Я вновь вернулся

Спит ковыль. Равнина дорогая, И свинцовой свежести полынь. Никакая родина другая Не вольет мне

Сказание о Евпатии Коловрате, о Хане Батые, Цвете Троеручице, о черном идолище и Спасе

Товарищи, сегодня в горе я, Проснулась боль В угасшем скандалисте! Мне вспомнилась Печальная история

Возле долины журча, Река протекала глубокая. Над рекой, верхушку склоня, Стояла сосна одинокая. Веселые

Синий туман. Снеговое раздолье, Тонкий лимонный лунный свет. Сердцу приятно с тихою болью Что-нибудь

Руки милой — пара лебедей — В золоте волос моих ныряют. Все на этом

1 Трубит, трубит погибельный рог! Как же быть, как же быть теперь нам На

Синий май. Заревая теплынь. Не прозвякнет кольцо у калитки. Липким запахом веет полынь. Спит

Сохнет стаявшая глина, На сугорьях гниль опенок. Пляшет ветер по равнинам, Рыжий ласковый осленок.

Чтоб не ругалась больная мать, Я приду, как… сука, У порога околевать. I Ты

Сочинитель бедный, это ты ли Сочиняешь песни о луне? Уж давно глаза мои остыли

Синее небо, цветная дуга, Тихо степные бегут берега, Тянется дым, у малиновых сел Свадьба

Дай, Джим, на счастье лапу мне, Такую лапу не видал я сроду. Давай с

Шел Господь пытать людей в любови, Выходил он нищим на кулижку. Старый дед на

Сыпь, тальянка, звонко, сыпь, тальянка, смело Вспомнить, что ли, юность, ту, что пролетела? Не

Снова пьют здесь, дерутся и плачут Под гармоники желтую грусть. Проклинают свои неудачи, Вспоминают

Шаганэ ты моя, Шаганэ! Потому, что я с севера, что ли, Я готов рассказать

Сыпь, гармоника! Скука… Скука… Гармонист пальцы льет волной. Пей со мною, паршивая сука. Пей

Снежная замять крутит бойко, По полю мчится чужая тройка. Мчится на тройке чужая младость.

Серебристая дорога, Ты зовешь меня куда? Свечкой чисточетверговой Над тобой горит звезда. Грусть ты

Свищет ветер, серебряный ветер, В шелковом шелесте снежного шума. В первый раз я в

Снежная замять дробится и колется, Сверху озябшая светит луна. Снова я вижу родную околицу,