Николай Языков

Прощай надолго, милый мой; Да провидением хранимый, Ты возвратишься невредимый На пользу родине святой!

(На голос: «Мальбруг в поход поехал») Из тишины глубокой Родимого села Судьба меня жестоко

I МЫТИЩИ Отобедав сытной пищей, Град Москва, водою нищий, Знойной жаждой был томим: Боги

Здорово, брат! Поставь сюда две чаши; Наполним их и вместе вознесем За Дерпт, и

Ливонская повесть (посвящена М. Н. Дириной) В стране любимой небесами, Где величавая река Между

Не искушай меня бесплодно, Не призывай на Геликон: Не раб я черни благородной, Ее

Каким восторгом ты пылаешь, Как сладостны твои мечты, Когда подарок красоты, Устами жадными лобзаешь!

Знаком я вам иль нет? — Того не знаю, Хоть ревностно служу у вас

Одну минуту, много две, Любви живые упованья Кипят, ликуют в голове Богоподобного созданья: Разгоряченная

Мой брат по вольности и хмелю! С тобой согласен я: годна В усладу пламенному

Голубоокая, младая, Мой чернобровый ангел рая! Ты, мной воспетая давно, Еще в те дни,

Прекрасно озеро Чудское, Когда над ним светило дня Из синих вод, как шар огня,

Мой друг, учи меня рубиться: Быть-может, некогда и мне, Во славу Руси, пригодится Рука,

Иные дни — иное дело! Бывало, помнишь ты, барон, Самонадеянно и смело Я посещал

Мысль неразгульного поэта Является божественно-стройна: В живые образы одета, Святым огнем озарена; Счастлив, кто

… au moindre revers funeste Le masque tombe, l’homme reste Et le heros s’evanouit![1]

при Димитрии Донском, прежде знаменитого сражения при Непрядве (Посвящено А. А. Воейковой) Стоит за

Прощай! Неси на поле чести Отваги юношеской жар. Сердечный глас вражды и мести И

Благодарю вас за цветы: Они священны мне; порою На них задумчиво покою Мои любимые

Теперь я в Камби, милый мой! Для поэтических занятий, Для жизни дельной и простой

1 Перед Троицею в будни На башне городской, В субботу пополудни, Пробило час шестой.

Завиден жребий ваш: от обольщений света, От суетных забав, бездушных дел и слов На

Nunc est bibendum: nunc pede libero Pulsanda tellus… Hor., lib. I. Car. XXXVII [1]

Была прекрасна, весела Та живописная картина Свободной жизни; та година Достойна-празднична была, Когда остатки