Михаил Лермонтов

О! Если б дни мои текли На лоне сладостном покоя и забвенья, Свободно от

Под занавесою тумана, Под небом бурь, среди степей, Стоит могила Оссиана[1] В горах Шотландии

III Демон Поэма 1831 год Посвящение Прими мой дар, моя мадона! С тех пор

Дурак и старая кокетка – всё равно: Румяны, горсть белил – всё знание его!..

Гроза шумит в морях с конца в конец. Корабль летит по воле бурных вод,

Давно ли с зеленью радушной Передо мной стояло ты, И я коре твоей послушной

1 Россию продает Фадей Не в первый раз, как вам известно, Пожалуй он продаст

Жила грузинка молодая, В гареме душном увядая; Случилось раз: Из черных глаз Алмаз любви,

Девятый час; уж темно; близ заставы Чернеют рядом старых пять домов, Забор кругом. Высокий,

В Большом театре я сидел, Давали Скопина – я слушал и смотрел.[1] Когда же

Если б мы не дети были, Если б слепо не любили, Не встречались, не

В простосердечии невежды Короче знать вас я желал, Но эти сладкие надежды Теперь я

За все, за все тебя благодарю я: За тайные мучения страстей, За горечь слез,

Я видел вас: холмы и нивы, Разнообразных гор кусты, Природы дикой красоты, Степей глухих

Ну что скажу тебе я спросту? Мне не с руки хвала и лесть: Дай

Благодарю!.. Вчера мое признанье И стих мой ты без смеха приняла; Хоть ты страстей

Подобно племени Батыя, Изменит прадедам Кавказ: Забудет брани вещий глас, Оставит стрелы боевые… ..

Ах! Ныне я не тот совсем, Меня друзья бы не узнали, И на челе

Блистая, пробегают облака По голубому небу. Холм крутой Осенним солнцем озарен. Река Бежит внизу

Много звезд у летней ночи, Отчего же только две у вас, Очи юга! Черны

Вам красота, чтобы блеснуть, Дана; В глазах душа, чтоб обмануть, Видна!.. Но звал ли

Болезнь в груди моей, и нет мне исцеленья, Я увядаю в полном цвете! Пускай!

Что толку жить!.. Без приключений И с приключеньями – тоска Везде, как беспокойный гений,

1 Горе тебе, город Казань, Едет толпа удальцов Собирать невольную дань С твоих беззаботных

— Скажи-ка, дядя, ведь не даром Москва, спаленная пожаром, Французу отдана? Ведь были ж

I Чума явилась в наш предел; Хоть страхом сердце стеснено, Из миллиона мертвых тел

До рассвета поднявшись, перо очинил Знаменитый Югельский барон, И кусал он, и рвал, и

Отрывок из поэмы Мцыри. Я ждал. И вот в тени ночной Врага почуял он, и

(Отрывок) 79 Два человека в этот страшный год, Когда всех занимала смерть одна, Хранили

Берегись! Берегись! Над бургосским путем[1] Сидит один черный монах; Он бормочет молитву во мраке

Глава I Then burst her heart in one long shriek, And to the earth

Терек воет, дик и злобен, Меж утесистых громад, Буре плач его подобен, Слезы брызгами

(С немецкого) Из ворот выезжают три витязя в ряд, увы! Из окна три красотки

Боюсь не смерти я. О нет! Боюсь исчезнуть совершенно. Хочу, чтоб труд мой вдохновенный

Дай бог, чтоб ты не соблазнялся Приманкой сладкой бытия, Чтоб дух твой в небо

Куда так проворно, жидовка младая? Час утра, ты знаешь, далек… Потише, распалась цепочка златая,

К *** Будь со мною, как прежде бывала; О, скажи мне хоть слово одно;

I Посвящение Я буду петь, пока поется, Пока волненья позабыл, Пока высоким сердце бьется,

Опять вы, гордые, восстали За независимость страны, И снова перед вами пали Самодержавия сыны,

Над морем красавица-дева сидит; И, к другу ласкаяся, так говорит: «Достань ожерелье, спустися на

Не чудно ль, что зовут вас Вера? Ужели можно верить вам? Нет, я не

Между лиловых облаков Однажды вечера светило За снежной цепию холмов, Краснея ярко, заходило, И

В избушке позднею порою Славянка юная сидит. Вдали багровой полосою На небе зарево горит…

С минуту лишь с бульвара прибежав, Я взял перо – и, право, очень рад,

1 Моя душа, я помню, с детских лет Чудесного искала. Я любил Все обольщенья

Скажи мне: где переняла Ты обольстительные звуки И как соединить могла Отзывы радости и

На вздор и шалости ты хват И мастер на безделки, И, шутовской надев наряд,

Редеют бледные туманы Над бездной смерти роковой, И вновь стоят передо мной Веков протекших

Вы старшина собранья, верно, Так я прошу вас объявить, Могу ль я здесь нелицемерно

На склоне гор, близ вод, прохожий, зрел ли ты Беседку тайную, где грустные мечты

Ах! Анна Алексевна, Какой счастливый день! Судьба моя плачевна, Я здесь стою как пень.