Гавриил Державин

Кто сей из смертных дерзновенной, За правый суд что возжелал Венца от истины священной

Благо проповедать Бога И всегда вещать о Нем, Что премудрость, сила многа, Истина и

Блажен, на нища и убога Кто зрит и в лютый, скорбный день От зноя,

Муза Эллады, пылкая Сафа, Северных стран Полигимния! Твоя ли сладкозвучная арфа? Твои ли то

Хвала Всевышнему Владыке! Великость Он явил свою: Вельмож меня поставил в лике, Да чудеса

Без справок запрещает Закон дела решить; Сенат за справки отрешает И отдает судить. Но

Возвел я мысленные взоры В небесны, лучезарны горы, — И помощь мне оттоль пришла.

Река времен в своем стремленьи Уносит все дела людей И топит в пропасти забвенья

Ходя в рощице тенистой, Видел там Эрота я. На полянке роз душистой Спал прекрасное

Мурза, Багримов сын, царевне Доброславе Желает здравия, всех благ ее державе: Чтоб розами уста,

Веселонравная, младая, Нелицемерная, простая, Подруга Флаккова и дщерь Природой данного мне смысла! Приди ко

Тебе в наследие, Жуковской! Я ветху лиру отдаю; А я над бездной гроба скользкой

Из-за облак месяц красный Встал и смотрится в реке, Сквозь туман и мрак ужасный

Куда, куда еще мечи, едва вложенны В ножны, вы обнажа стремитесь вновь ярясь? Поля

На отбытіе ихъ Императорскихъ высочествъ… Сочинительница стиховъ ТЛЕНІЕ И НЕТЛЕНІЕ. Прекрасный, лепый, лучезарный, Кругомъ

Я милость воспою и суд И возглашу хвалу я богу; Законы, поученье, труд, Премудрость,

Сотворя Зевес вселенну, Звал богов всех на обед. Вкруг нектара чашу пенну Разносил им

Бессмертный Тончи! ты мое Лицо в том, слышу, пишешь виде, В каком бы мастерство

Утешь поклоном горделивца, Уйми пощечиной сварливца, Засаль подмазкой скрып ворот, Заткни собаке хлебом рот,

Зрел ли ты, певец Тииский! Как в лугу весной бычка Пляшут девушки российски Под

Итак стоишь ты твердо в том: Умершие, что с нами жили И в жизни

Когда брала ты арфу в руки Воспеть твоей подруги страсть, Протяжные и тихи звуки

Пчелка златая! Что ты жужжишь? Всё вкруг летая, Прочь не летишь? Или ты любишь

О вечереюще светило! Любезный, но багровый луч! Что, солнце тихо, так уныло Ты сходишь

Блажен, кто Господа боится И по путям Его идет! Своим достатком насладится И в

Ужъ двадцать летъ, какъ украшаешь Ты Роска трона вышину, Ужъ двадцать летъ изображаешь Щедроту,

Кровавая луна блистала Чрез покровенный ночью лес, На море мрачном простирала Столбом багровый свет

В твоих торжественных, высокопарных, Похвальных одах, благодарных, Не блески в мраке зрю,- не день,

Везувий пламя изрыгает, Столп огненный во тьме стоит, Багрово зарево зияет, Дым черный клубом

Бог нам прибежище и сила, Помощник в скорбях, средь врагов! Хотя б вселенная грозила

Хотел бы похвалить, но чем начать, не знаю. Как роза, ты нежна, как ангел,

Прочь буйна чернь, непросвещенна И презираемая мной! Прострись вкруг тишина священна! Пленил меня восторг

Хоть вся теперь природа дремлет, Одна моя любовь не спит; Твои движенья, вздохи внемлет

Лиза голову чесала Скромно гребнем золотым; Взявши волос, привязала К красотам меня своим. Быв

Обычьев русских, вида, чувства. Моей поэзьи изограф, Чьего и славный бритт искусства Не снес,

Спустил седой Эол Борея С цепей чугунных из пещер; Ужасные криле расширя, Махнул по

Плакущие березы воют, На черну наклоняся тень; Унылы ветры воздух роют; Встает туман по

Белокурая Параша, Сребророзова лицом, Коей мало в свете краше Взором, сердцем и умом. Ты,

Касаюсь струн, — и гром за громом От перстов с арфы в слух летит,

Непостижимый Бог, всех тварей Сотворитель, Движениев сердец и помыслов Прозритель! В последний раз зову

Сквозь тучи вкруг лежащи, черны, Твой горний кроющи полет, Носящи страх нам, скорби зельны,

Не любопытствуй запрещенным Халдейским мудрованьем знать: Какая есть судьба рожденным И сколь нам долго

Старинный слог его достоинств не умалит. Порок, не подходи! — Сей взор тебя ужалит.

О Боже! чту Твоих пределов светозарность И льщусь, что я могу в блаженстве вечном

Ударь во сребряный, священный, Далекозвонкий, валка, щит! Да гром твой, эхом повторенный, В жилище

Цель нашей жизни — цель к рокою: Проходим для того сей путь, Чтобы от

Не кость резная Колмогор, Не мрамор Тифды и Рифея, Не Невски зеркала, фарфор, Не

О Боже, душ Творец бессмертных И всех, где существует кто! О Единица числ несметных,

Сердце пленяюща лира, Геній восторга взносись! И обтекая вкругъ міра, Светлый твой голосъ возвысь.

Течет златая колесница По расцветающим нолям; Сидящий, правящий возница, По конским натянув хребтам Блестящи

Что ветры мне и сине море? Что гром, и шторм, и океан? Где ужасы