Джонни из Бредисли

Поднялся Джонни майским утром,

Спросил воды — лицо умыть.

«С цепей спустите серых гончих,

Но — до охоты — не кормить!»

Узнала мать его об этом,

Ломает руки, слезы льет:

«О Джонни, что ты вдруг задумал!

Тебя в лесу погибель ждет!

У нас хлебов пшеничных вдоволь,

У нас вина хоть пруд пруди!

Останься лучше дома, Джонни!

За дичью в лес не уходи!»

Но Джонни взял свой добрый лук,

Взглянул — бежит ли свора,

И за дичиной поспешил

В чащобы Дёррисдора.

Когда он мимо Мерримесс

По тропке узкой поспешал,

Заметил он, что в стороне

Олень средь вереска лежал.

Стрела запела — зверь вскочил,

Но меток был удар стрелка;

Оленя раненого псы

Настигли возле тростника.

Оленя Джонни ободрал,

Ср’eзал мясо с костей

И потчевал кровожадных псов,

Словно господских детей.

И столько оленины съели они

На пиршестве том лесном,

Что сам он и кровожадные псы

Заснули мертвецким сном.

Стороной той старый оборвыш брел —

Будь он проклят во веки веков!

Потому что направился он в Хислингтон,

Где Семеро Лесников.

«Что нового скажешь, седой босяк,

Что нового скажешь нам?»

«Ничего, — говорит он, — кроме того,

Что увидел, не веря глазам!»

Когда проходил я у Мерримесс,

Среди заповедных лесов,

Красивейший юноша крепко спал

В окружении серых псов.

Рубашка была на юноше том

Голландского полотна,

Поверх нее богатый камзол

Из линкольнского сукна.

Две дюжины на камзоле блестит

Пуговиц золотых,

И морды в оленьей крови у псов,

Кровожадных и злых».

Тогда заявляет Первый Лесник —

Глава остальных шести:

«Если это Джонни из Бредисли,

Нам лучше бы не идти!»

Тогда заявляет Шестой Лесник

(Сын младшей сестры того):

«Если это Джонни из Бредисли,

Пойдемте убьем его!»

А первой стрелою каждый Лесник

В колено ему попал.

Тогда заявляет Седьмой Лесник:

«Пометче — и он пропал!»

А Джонни, к дубу спиной привалясь,

В камень упер стопу

И всех Лесников, опричь одного,

Свалил на лесную тропу.

А тому Леснику три ребра сломал,

И ключицу ему перебил,

И скрюченным бросил его на седло,

Чтобы миру вестником был.

«О певчая пташка, сыщись в лесу,

Что накажу — просвисти!

Ты к матушке милой моей лети —

Проси ее к Джонни прийти!»

И к родимой его прилетает скворец;

На окошко сел и поет.

А припев его песенки был такой:

«Что-то Джонни домой не идет!»

И взяли они из орешины жердь,

Еще из терновника шест,

И многое множество их пошло

За раненым Джонни в лес.

И говорит его старая мать,

А горькие слезы текут:

«Ты не слушал, Джонни, советов моих —

Вот и встретил погибель тут!

Случалось мне в Бредисли приносить

И малый груз, и большой.

Не случалось мне в Бредисли приносить,

О чем извелась душой.

И горе тому босяку-старику —

Будь он проклят во веки веков!

Высочайшее дерево в Мерримесс

Сколь угодно взрастило суков».

А луку Джонни теперь не стрелять,

Серым псам не бежать никуда.

В Дёррисдеррской Джонни лежит земле,

Отохотившись навсегда.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Adblock
detector