Остановишься – слышно, как пьет
пашня снежную воду глотками,
и как птица птицу зовет,
прячась в голых кустах под ветвями.
Голубая, как небо, вода
стынет в рытвинах старой дороги,
и на глине, ползущей со льда,
тяжело разъезжаются ноги.
В буераках – возня и скулеж,
припадают волчата на лапах,
будоражит, кидает их в дрожь
прелой почвы волнующий запах.
И желтеет на бугорках
мать-и-мачеха – первый цветочек.
И, как ноты, на тонких ветвях –
узелки набухающих почек.