Юнна Мориц
Стоит в лесу избушка, А в ней живёт Петрушка, К нему идёт зверюшка Попрыгать-поиграть!
Тетрадь изведу, но оставлю преданье, И выверну душу, и счеты сведу За это страданье,
Памяти Михаилу Светлову Когда вокзалы стали мне ночлегом, А телеграфы — письменным столом, Взошел
Здравствуй, Робот, Приятель железный! Не устал ли ты, Друг мой любезный? Не пора ли
Трудно светиться и петь не легко. Там, где черемухи светятся пышно, Там, где пичужки
Походил со мной на базары, Постирал со мною пелёнки, Потаскал со мной чемоданы И
За невлюбленными людьми Любовь идет, как привиденье. И перед призраком любви Попытка бить на
Он любил её, как берег любит волны, любит волны с кораблями, с якорями в
Инжир, гранаты, виноград — Слова бурлят в стихах и прозе. Кавказа чувственный заряд Преобладает
Однажды Лохматый петух на заре, Взлетев на забор, Закричал: — Ку-ка-ре!.. Утёнок от страха
Я вас люблю, как любят всё, что мимо Промчалось, не убив, когда могло. Я
Страна вагонная, вагонное терпенье, вагонная поэзия и пенье, вагонное родство и воровство, ходьба враскачку,
Наряжена елка, вздыхает пирог, Звонок заиграл, и подпрыгнул щенок, Я дернул замок – и
Я — хуже, чем ты говоришь. Но есть молчаливая тайна: Ты пламенем синим горишь,
С холма идет зима с серебряным копьем, Покрыта голова удмуртским шлемом лисьим. Мерцало льдистое
На Трафальгарской площади ночной Крылатый мусор реет за спиной. Обнимемся на каменной скамейке, —