Черепаха

Болтаньемъ мы добра во вѣки не найдемъ,

И часто только имъ мы въ пагубу идемъ.

Намѣрилася черепаха,

Изъ царства русскова зѣвать:

Въ пути себѣ не видя страха,

Въ Парижѣ хочетъ побывать.

Не говоритъ уже по Русски,

И вретъ и бредитъ по Французски.

Съ ней больше о Руси ни кто не говори,

И только сто ври:

Парижъ, Верзалья, Тюльери.

Ее всегдашнія о Франціи погудки,

И путешествіе увѣдали двѣ утки,

И говорятъ ей такъ: въ пути тебѣ потѣть;

Не лутче ли въ Парижъ, мадамъ, тебѣ летѣть,

А мы тебѣ летѣть поможемъ:

Ты знаешъ: черепахъ конечно мы не гложемъ,

И не для нашей ты родилася яды;

Такъ мы не здѣлаемъ, мадамъ, тебѣ бѣды,

А намъ во Францію извѣстны всѣ слѣды.

Согласна съ ними черепаха,

И стала птаха;

Да какъ она летитъ? а вотъ:

Ей утки дали палку въ ротъ,

И понесли ту палку,

Подобно какъ порчезъ иль нѣкую качалку,

И говорятъ: молчи, лети и домъ неси;

Но пташичка не помолчала,

И закричала:

Превосходительство мое на небеси.

Но только лишъ уста свои разверзла птаха,

Оторвалась она: летѣла къ верьху птаха,

А къ низу черепаха.

Изъ спаленки своей шага не выходя,

Летѣла въ облака, и небо находя;

Но отъ нескромности, свои разшибла латы.

Носъ, рыло и палаты.