Это страшно, что не вернуть Ни одной ушедшей минуты, Что пройден нами пройденный радости
Памяти В.Э.Борисова-Мусатова Старинный дом в старинном парке. Следы наивной простоты: Зелёный плющ над сводом
Сонет-подражание Евгению Кропивницкому Вот надвинулось страшное что-то. Нет спасенья. Укрыться? Бежать?.. Бесполезно. Душа, словно
Нет: модных портсигаров мерка И самый стиль тебе горшей обиды. Ты черепаховая табакерка Эпохи
Когда бы медлительным жалом Избыть эту страшную боль… Послушай: холодный, усталый — Позволь замолчать
Тили-тили-тили-тили, Мы по воду не ходили, Приходил Егорка, Приносил ведёрко. Мыли-мыли-мыли-мыли, Бело-набело отмыли. Лишь
Стой, зайчонок, не беги По тpопинке yзенькой. Лyчше ты побеpеги Хвостик свой кypгyзенький. Лис
Динь-дон. Динь-дон. В переулке ходит слон. Старый, серый, сонный слон. Динь-дон. Динь-дон. Стало в
— Здравствуй, Ветер, Ветер, здравствуй! Ты куда летишь, вихрастый? Что поднялся до зари? Погоди,
— Сорок у дороги, Двадцать на лугу… — Что ты, Дождь, считаешь? Может, помогу?
Нет, не просто говорили, В самом деле подарили, В день рожденья подарили Очень славного
Это праздник, Это праздник Первомайский, Это лёгкий-лёгкий шарик, Это новая рубашка, Это флаги, флаги,
Пой-ка, подпевай-ка: Десять птичек – стайка. Эта птичка – соловей, Эта птичка – воробей.
Был на речке на Чернильной Город маленький, не пыльный, С незапамятных времен Букваринском звался
Глубоко — не мелко, Корабли в тарелках: Луку головка, Красная морковка, Петрушка, Картошка И
Задохнувшийся пылью цветок почему-то забыт на окне. Никогда не узнает никто, что сегодня почудилось
Дверь подъезда распахнулась строго, Не спеша захлопнулась опять… И стоит у школьного порога Юркина
Выйду к речке, тонкой веткой хрустну, оборву тенёт тугую нить. Осенью всегда бывает грустно,
Всего-то горя — бабья доля! …А из вагонного окна: сосна в снегу, былинка в
Вот и поезд. Вспыхнул ярким светом, обогнул знакомый поворот. Заслоню спасительным букетом горько улыбающийся
Н.В.Котелевской Вот и август уже за плечами. Стынет Волга. Свежеют ветра. Это тихой и
Шуршали сухо листья на бульваре, хрустел ледок октябрьских стылых луж. К моей соседке, молчаливой
У смерти тоже есть свои порядки. Ну что ж, умру когда-нибудь и я. Меня