Татьяна Ровицкая
Крутые разломы. А звезд одиночества — чаще. Сюда доплывают лишь вести из Верхнего храма,
На зимний сад взглянуть с укором, Потом в себе услышать вдруг Снежинок тихих разговоры,
Латаю платьишко свое, Наряд, мне данный от рожденья: Мечты, надежды, настроенья, Протяжных песен забытье.
Одна судьба, Одна свеча… Пробьется ли? Путем неведомым луча, Грехов колодцами, Гонима мыслями извне.
Не комариком писклявым, А шмелем победоносным Дождь прошествовал по травам Деревенькам и погостам. И
Лишь ветерок — Скелетик стрекозы И бабочки растроганные крылья Легли к ногам, Перебиваясь пылью…
Люблю я наши вечера. В ночей бездонные колодца За легкой дужкою ведра Вода невидимая
Они привыкли говорить, А мы к молчанию привыкли. И домолчались, и поникли, И тихо
Мчит моя память на белых конях, Вьюгой метет по степи. Если случайно встретишь меня,
Не заблудишься в трех тополях, Не забудешь дороги домой, Все-то годы сама не своя,
Опять луна катилась прочь, И колесо ее стальное Врезалось в небо ледяное — И
Мелькают ослепительные дни. Такие дни! Клади на холст И маслом Их выводи — И
Нелегко собираться в дорогу — Надо сесть и подумать чуток: Ну, положим, — машину,
Меня окликнут на заре: Пойди-ка, прогуляйся, друг! Какие звезды в сентябре Всю ночь летят
Мимо храма пройти не смогла — Над куполом время и мгла. И звезда Рождества,
Невесомый и слабенький, Весь пока что в тени, Бродит курочкой рябенькой Сад в весенние
Фаянсовый чайник, Разбитый нечаянно, Осколки рябины И глаз петушиный. С дымком и туманом По
Мне без тебя не живется. Грустно опять признаться, Не пишется, не поется, Как мы
Когда начнут работу колдуны, Я в лес войду и, в травах утопая, Их колдовство
Мне куст багула под дождем Напомнил детства милый дом, Сама не знаю, что стряслось,
Утрите потное лицо Лицом бумаги — деревцом, Глаза прикройте — третий глаз Увидит прошлое
Когда, наполняя худые бока Какой-то пожухлой травой, Вожак обернется на зов ездока И гордой
Ну что тут поделаешь, снег мой горбатый! Тебя отметут от порога лопатой… Такой уж
Когда приходят вестники из рая, Вмиг исчезают вестники из ада, И светится травинка луговая,
Мир тебе, бабочка, Божье творенье! Хлопотно, суетно, Лампа горит. Хочется к свету? Напрасное рвенье
О, дай мне насмотреться на тебя! Давно в душе обид затихли звуки Пусть в
Когда в тревогах день пройдет, И ничего в нем не случится, Душа, испуганная птица,
Когда я была Быстроногою ланью, Орлом, распростершим два грозных крыла Над серою степью, осеннею
Мы с тобой не сговорились — Просто не смогли. Позвонив, не созвонились, Слов не
Когда заметает дороги листвой, И звездную пыль крутит ночь, как в пургу, Я думаю,
На море шторм, гляди, собирается. От грозы большой синь бела-черна, То душа моя разгуляется,
Буду смотреть на тебя и лукавить: — Чем ты хорош? Ну, ничем, ну ничем!
Еще не плывут золотые кареты, Еще не играют на арфах, не вьется Заботливый флаг
Из предгорий очень тихо, Меж рогов неся луну, Мать бугинцев — олениха Подойдет опять